Богоискательство Путина, или Синдром царя Александра

Часто политик, пришедший к власти с либеральной программой, покидает свой пост консерватором. Правило, в общем-то, оправданное в демократических странах, в авторитарной России приобретает экстремальные черты. Здесь правитель, некогда изучавший научный коммунизм, к концу своего президентского срока целует иконы и обещает удовлетворить любое желание церкви.

В начале 19 в. царь Александр I пришел к власти с программой либеральных преобразований. Закончилось это, как известно, «аракчеевщиной» и экзальтированным богоискательством. Некогда просвещенный монарх падал в ноги мракобесному архимандриту Фотию.

Владимир Путин в течение своего первого президентского срока тоже вольнодумно мечтал о росте российской экономики до уровня Португалии и даже снижал налоги для малого и среднего бизнеса. Закончилось это запретами политических партий, убийствами журналистов и публичными целованиями икон.

На молебне в Успенском соборе Валдайского Иверского монастыря 12 января президент России пообещал вернуть «долг Русской православной церкви, другим традиционным конфессиям», назвав эти «долги» «долгом российскому народу». С легкой руки верующего президента церковь отождествляется с народом, как религия – с духовностью, в целом.

Православие открыто навязывается российскому народу в качестве официальной государственной идеологии. Общество, нуждающееся в модернизации, становится заложником самой консервативной и мракобесной доктрины. Вместо свободы совести и убеждений, необходимых для развития полноценного гражданского общества, насаждаются религиозные нормы, которые выдаются самим же главой государства за «нравственные ценности».

Даже если поверить в искренность религиозных убеждений бывшего полковника КГБ, нельзя допустить, чтобы богоискательство Путина закончилось в России очередными военными поселениями в духе графа Аракчеева.

Николай Баев, либертарное движение «Свободные радикалы»