Свободные Радикалы: Александр Радищев. «Житие Федора Васильевича Ушакова» (1789)

пятница, 20 ноября 2009 г.

Александр Радищев. «Житие Федора Васильевича Ушакова» (1789)

Русский писатель, философ и революционер Александр Николаевич Радищев (1749 – 1802) отстаивает право человека на эвтаназию в своем сочинении «Житие Федора Васильевича Ушакова» (1789). В этой биографии своего университетского друга, скончавшегося в ранней юности, Радищев описывает агонию тяжело больного Ушакова. Рассказывая о его мучительном уходе из жизни, Радищев призывает помочь умирающему прекратить его страдания.

Радищев не считает эвтаназию убийством. Для него это избавление от страданий умирающего, который уже обречен на смерть и не хочет больше жить. Радищев призывает исполнить желание безнадежно больного и страдающего человека. Смерть для него будет «отрадой».

Вот как Радищев описывает последние часы жизни Ушакова и его страдания: «Предвещание врача начало совершаться. Доселе нечувствительным покатом состав жизни спускался ко смерти, но вдруг она повлекла его всесильною рукою. За несколько часов пред кончиною Федор Васильевичь почувствовал во внутренности своей болезнь несносную, возвещающую ему отшествие жизни. Доселе уста его не испускали жалобнаго стона, но скорбь одолев сопротивлением, страждущий вскричал содрагающимися гласом».

Не в состоянии выносить муки агонии, Ушаков обратился к своему другу Алексею Кутузову, чтобы он дал ему яд и прекратил, тем самым, его страдания.

«Знаки антонова огня внутренность его объявшаго начинали казаться на поверьхности тела; в окрестностях желудка видны были черныя пятна. Терзаемый паче всякаго изтязания, суеверием или мучительством на казнь невинности изобретаемаго, прибегнул Федор Васильевичь к тебе мой друг, да скончаешь его болезнь, болезнь, а не жизнь скончати называю, ибо врата кончины ему уже были отверсты. Тебя, мой друг, просил он да будешь его при издыхании благодетель, и дашь ему яду, да скоро пресечется его терзание. Ты сего не исполнил, и я был в приговоре, да не исполнится требование умирающаго», - пишет Радищев, обращаясь к Кутузову.

И здесь же он осуждает свое малодушие и страх перед тем, чтобы помочь умирающему уйти из жизни. Эвтаназия, по мысли Радищева, является не убийством, а актом сострадания и помощи обреченному на мучительную смерть.

«Но почто толикая в нас была робость. Или боялися мы почесться убийцами? Напрасно; не есть убийца избавляяй страждущаго от конечнаго бедствия или скорьби. Друг наш долженствовал умереть, и час врачем был ему назначен по нелживым признакам, то не все ли равно было для нас, что болящий скончает жизнь свою мгновенно, или продлится она в нем на час еще един; но то не равно, что продолжится в терзании несносном. Мы потерять его были уже осуждены», - пишет Радищев.

«Скажет некто, что врачь мог ошибиться. Согласен; но болящий не ошибался в мучении своем, и прав был желая скончания онаго, а мы не правы, дав оному продолжиться. Мой друг, ты укоснил дать помощь Федору Васильевичу, но не избавился вперед может быть от требования такого же рода», - обращается он к Кутузову.

Более того, Радищев призывает своего друга помочь ему уйти из жизни, если его постигнет такая же мучительная агония перед смертью: «Если еще услышишь глас стенящаго твоего друга, если гибель ему предстоять будет не обходимая и воззову к тебе на спасение мое, не медли о любезнейший мой; ты жизнь несносную скончаешь, и дашь отраду жизнию гнушаемуся и ее возненавидевшему».

Текст сочинения:
http://rvb.ru/18vek/radishchev/01text/vol_1/03prose/019.htm


Николай Баев, либертарное движение «Свободные радикалы»

Ярлыки: ,